Игорь Сергеев: И для меня, достаточно трудного подростка с девиантным поведением и прочими прелестями, в мои 14 лет переломным периодом стало увлечение чтением книг. И именно такого плана - героических и романтических.
Я не помню что или кто меня на это сподвиг, но то, что мир для меня тогда изменился помню точно.
Минус только один - я с тех пор верю в людей. Донкихотом не стал, но розовые сопли до сих пор держаться ...
я до сих пор без книг не могу, правда сейчас больше читаю книги профильного педагогически-психологического характера, даже сейчас на компе во вкладках открыты сразу две книги (Сухомлинский и иностранная книга по приемным), но и фентэзи читаю, н-р, за последние 4 года прочла все книги Игры Престолов и Правил Волшебника.
История ТС еще раз подтверждает, что трудным подросткам нужен авторитетный любящий наставник, но никак не приемная мама, семья. Поэтому в последнее время я склоняюсь к тому, что дд-ским подросткам нужно находить воспитателей-волонтеров, гостевые приемные семьи, которые будут выполнять роль не мамы и папы, а советчика-наставника. Да, лагеря и воскресные школы (или что-то вроде этого), где будут труд и нравственное воспитание - пока, я лично, вижу лучшим для трудных подростков. У меня в воскресной школе была группа подростков (80% из них были трудные), и по мимо закона Божьего и Литургики, занятия были по нравственности, на которых мы обсуждали с ними всё, были жаркие дискуссии. Я им читала книги, мы обсуждали содержание, смотрели фильмы. Мы тогда жили в церковном доме, где как раз всё было под одной крышей: классы, трапезная, наши жилые комнаты. Наша семья была у всех на виду и мы тогда невольно стали примерном семейной жизни для многих воспитанников, тогда уже у нас были трое приемных девчонок-подростков и они до сих пор почти все дружат и приемные и кровные и воспитанники, такая расширенная семья.
Недавно приезжал один из моих воспитанников воскресной школы, он ездил с нами каждое лето в лагерь, мать лишена была (теперь уже умерла), папа закодирован и в воспитании вообще не участвовал, гонял сына и орал на него за малейшую провинность (до сих пор у них нет общения нормального, парню уже 28 лет), родственники особо не привечали детей алкоголички.
Так вот, он приехал и говорит, что только мы для него авторитет, мы умеем с ним разговаривать так, что он понимает всё после буквально пары наших фраз, бардак в голове принимает понятные очертания и складывается пазл. Он с нами пожил три дня, мы много разговаривали, он съездил с мужем на службу, исповедался причастился, умиротворенный уехал. Он вспоминал мои занятия в ВШ, наши занятия в лагерях, как они вместе с батюшкой что-то делали по церковному хозяйству.
Мобильная версия